«О рейдах рассказывал бармен Олег. Гулькина вашего – знать не знаю»: по резонансному делу в ульяновском суде допросили директора «Mix Zone» и участника «Народного контроля»
Сергея Гулькина обвиняют по частям 3 и 4 159 статьи уголовного кодекса «Мошенничество»
Фото: Мария МИРОНОВА.
Очередное заседание по уголовному делу экс-депутата Сергея Гулькина в Ленинском районном суде Ульяновска состоялось в пятницу, 12 июля. Народного избранника обвиняют по частям 3 и 4 159 статьи уголовного кодекса «Мошенничество».
Сторона обвинения сейчас доказывает, что Гулькин вымогал с владельцев местных кальянных денежные средства за непроведение проверок их заведений.
На предыдущем заседании допросили хозяев «Мяты», «Дуть» и «Хабл-Бабл». А также участников рейдов — участкового и активиста.
«ДЕНЬГИ ТРАТИЛИ СВОИ — МЫ ЖЕ ОБЩЕСТВЕННИКИ»
Заседание в пятницу начали с допроса Евгения Уразаева, участника организации «Народный контроль». Отвечая на вопросы прокурора, свидетель пояснил, что «Народный контроль» — это общественное движение, которое выявляет нарушения, связанные с продажей алкоголя и табачной продукции несовершеннолетним, а также нарушения во времена ковида.
«Руководитель Гулькин Сергей Викторович. Финансирования, штаба, места сбора активистов не было», — пояснил свидетель.
Общение между активистами, по словам Евгения, происходило на каких-либо волонтерских мероприятиях. Из других активистов свидетель общался с Матвеем Сергеевым. А с Гулькиным созванивались они только для того, чтобы попросить совета.
Уразаев рассказал, что участником «Народного контроля» он стал два года назад через Матвея Сергеева. Узнал об организации из социальных сетей. Корсакова и Казакова свидетель не знает.
Затем гособвинитель попросила свидетеля рассказать, как происходили сами рейды.
«Мы заходили в заведение, производили контрольную закупку, вызывали сотрудников полиции».
Свидетель участвовал в рейдах в заведениях: «Пещера» и «Тысяча и одна ночь», остальные не помнит.
«Может быть, в «Mix Zone».
Уразаев также пояснил, что активисты сами определяли, в какое заведение идти на проверку. Никому не отчитывались. Производили закупку на собственные деньги. Во время рейдов они якобы могли позвонить Гулькину, чтобы узнать как правильно писать заявление.
«Он все-таки человек юридически более подкованный», — подчеркнул свидетель.
«Вам не жалко было свои деньги тратить на это?», — вопрос со стороны обвинения.
«Нет, мы же общественники».
Затем прокурор спросила об обратной связи от сотрудников полиции, продолжая линию «активисты указывали в заявлениях почту Гулькина».
Но свидетель «не повелся»: почту Гулькина не помнит, результаты проверки полицейскими не интересны.
На вопросы адвокатов Уразаев ответил, что в рейды они ходили спонтанно, по двое. Гулькин активистам не указывал, какие заведения и когда проверять.
«Вам Гулькин говорил, чтоб в это заведение ни ногой?», — уточнила защитница.
«Нет. Гулькин проведение рейдов проконтролировать не мог и знать, где планируется проведение тоже»
«Николаев Кирилл вам знаком?»
«Да, старые друзья. Возможно, в рейдах принимал участие»
В завершение допроса Уразаева прокурор задала еще один уточняющий вопрос.
«В чем заключалось руководство Гулькиным «Народным контролем»?»
«Советом. Остальное мы делали сами»
Затем огласили протокол допроса свидетеля во время следственных мероприятий. Противоречий с показаниям в зале суда, впрочем, особых не было.
Следователю Уразаев рассказал, что Гулькин помогал в плане рекомендаций — например, о порядке взаимодействия с сотрудниками полиции. «OZ» свидетель не посещал. «Hookahlpace» — один раз. Рейд как раз-таки проводил Николаев (которым интересовалась ранее адвокат).
«ЗНАТЬ НЕ ЗНАЮ ВАШЕГО ГУЛЬКИНА»
Вторым свидетелем, которого допросили 12 июля стал Линар Бодачев директор бывшего «Mix Zone», сейчас это «Art Lounge».
Отвечая на вопросы прокурора, он рассказал, что с Гулькиным он не знаком, а о деятельности его слышал от персонала и знакомых. Якобы нужно проверять паспорта посетителей, нужно быть аккуратно — могу придти с проверкой несовершеннолетние.
Казакова, Корсакова и организацию «Народный контроль» — Бодачев не знает.
Прокурор продолжила допрос, задавая один и тот же вопрос несколько раз, вероятно, пытаясь получить ответы, которые ей нужны.
«Какие люди рассказывали? Вспоминайте»
«Бармен Олег. Остальных не помню»
Нервы свидетеля будто были на исходе.
«Я его, знать не знаю, вашего Гулькина, не видел его ни разу», — в сердцах сказал он.
Затем гособвинитель ходатайствовала об оглашении показаний, которые свидетель давал ранее следователю. Из него следовало, что заявление о нарушениях в работе писал Гулькин. Жалобы якобы поступали от подсудимого.
После оглашения протокола прокурор уточнила.
«Правильно? Подтверждаете, что заявления поступали от Гулькина?»
Свидетель нехотя, но вынуждено ответил согласием.
Адвокат, в свою очередь, спросила, откуда у свидетеля информация, что жалобы поступали именно от депутата Гулькина.
«Со слов сотрудников полиции»
Сергей Гулькин поинтересовался у Бодачева, перечитывал ли он свои показания, данные следователю.
«Я не перечитывал, она зачитывала. Ну, возможно, перечитывал», — неуверенно ответил он.
Затем судья Максимов освободил свидетеля от дальнейшего участия в процессе. И это, вероятно, стало для него облегчением — на вопросы в зале заседания он явно отвечать не желал.
Объявили обеденные перерыв.